Глядя вверх

Пт 12 апреля 2019

Время чтения: 2 min

День космонавтики — праздник неоднозначный. Но все-таки это праздник. Поэтому сегодня мы ненадолго отвлечемся от экзистенциального ужаса бесчисленных следствий Черного аттрактора и поговорим о чем-нибудь светлом и позитивном. О небе.

В космической научной фантастике огромное внимание всегда уделялось планетам. Любой уважающий себя автор придумывал что-то свое, и отдавал наибольший простор воображению, рисуя небо. Небо интересно тем, что в него можно запихнуть практически что угодно — угрожающе близкий газовый гигант, подобные неугасающей радуге планетарные кольца, многочисленные луны, двойные и тройные солнца — и все это выглядит одинаково завораживающе. Что еще прекраснее — все это где-нибудь да существует на самом деле. И уже сейчас по многим далеким мирам можно походить в виртуальной реальности.

Но никакая комбинация из цветов и небесных тел не сравнится по сюрреализму с тем, чтобы, подняв голову, увидеть пол.

Конструкция, обладающая таким свойством, в научной фантастике известна как цилиндр О'Нилла, и была впервые предложена им в 1976 году. К сожалению или к счастью, именно такое небо будет видеть подавляющее большинство людей, которые когда-либо будут жить вне Земли (предположим сегодня, что это еще будут биологические люди, похожие на нас).

Если не задумываться слишком глубоко, то кажется, что куда проще поселить заданное количество людей на уже существующей планете, чем строить для них гигантскую космическую станцию, подобную Цитадели в Mass Effect. Но это не так.

Причина №1 в том, что поверхность шара – самая дорогая площадь из возможных. Под каждым квадратным метром Земли находится более 11 миллионов тонн всевозможных материалов, которые никак нельзя использовать. Причем при увеличении планеты эта цифра растет быстрее, чем площадь поверхности. А внутреннюю площадь цилиндра можно считать пропорциональной его массе.

Причина №2 — условия для жизни. Каждая планета имеет свою гравитацию, свою атмосферу и свою температуру, которые почти никогда не совпадут с земными с необходимой для нас точностью; а терраформирование планеты — задача заведомо более сложная, чем постройка цилиндров О'Нилла для того же количества людей, которое могло бы заселить планету. При этом условия в цилиндре контролируются минимальными усилиями: гравитация определяется скоростью его вращения вокруг своей оси, а любую атмосферу можно просто накачать внутрь.

Наконец, причина 3 — свобода передвижения. Наверняка мы все знаем, насколько сложно попасть в космос с поверхности планеты. Космическая станция от такой проблемы не страдает: достаточно оттолкнуться от нее ногами, чтобы уплыть в произвольном направлении (хотя делать так без космического корабля категорически не рекомендуется).

И все это еще без учета невероятной сложности полетов к другим звездам, у которых и находятся интересующие нас планеты.

Сильно перефразируя Циолковского, можно сказать, что планета — родительский дом цивилизации, в котором многое дается даром, но в котором мы никогда не будем свободны. Мы должны научиться жить самостоятельно, и не только на подходящих планетах, а где угодно в открытом космосе. Согласно другой аналогии, планеты подобны пещерам, в которых когда-то жили наши предки, а космические станции — это современные здания.